We Will Rock You: сказка для взрослых



Мюзикл We Will Rock You вызвал немало споров и отзывов – как положительных, так и отрицательных. Похвалы касались возможности ещё раз насладиться хитами Queen, актёрских и вокальных способностей артистов, а критика – слабого сюжета, нередко пошлых диалогов (особенно отличились в русской версии, придав мюзиклу оттенок Аншлага и Кривого зеркала), и, наконец, авторов обвиняли в стремлении ещё раз сделать деньги на музыке Queen в отсутствии Фредди Меркьюри. Также говорили о попытках самовозвеличивания и самовосхваления Queen и отмечали, что пьеса Бена Элтона претендует на антиутопию в стиле Михаила Замятина и Олдоса Хаксли, но сильно не дотягивает до их уровня. Было мнение, что глупо лепить какой-то вымышленный сюжет, когда сама история Queen, как и судьба Фредди Меркьюри – трагедия, ещё ждущая своего воплощения на сцене. Особые нарекания вызвало и то, что имена великих рок-музыкантов смешали с именами представителей той самой дешёвой попсы, против которой и протестовали. Либретто дружно ругали, полагая, что это просто склейка музыкальных номеров.

Однако We Will Rock You – недооценённый мюзикл. Да, его тайные и явные смыслы были погребены под лавиной пошлых шуточек и кривляний, однако то же самое можно сказать и о творческом наследии настоящей Queen. Каково же послание мюзикла, и только ли ради денег Брайан Мэй и Роджер Тейлор решились рискнуть собственными деньгами, столкнувшись с нежеланием своего лейбла финансировать проект?

Прежде всего, как можно назвать сюжет мюзикла? Обычно говорят – антиутопия и ссылаются на известные футуристические романы о тоталитарном обществе. Чаще всего вспоминают «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли и считают, что он вдохновил Бена Элтона в первую очередь. Действительно, внешне «мир Га Га» напоминает электронный концлагерь из антиутопий. Тем более что эта тема в творчестве Queen проявлялась и раньше – достаточно вспомнить видеоклипы Radio Ga Ga и Calling All Girls (в мюзикле действуют такие же роботы-солдаты). Тем не менее, We Will Rock You хоть и имеет черты антиутопии, но это не антиутопический роман.

Что отличает антиутопический роман ХХ века, вне зависимости от уровня и художественной ценности – пессимизм и ощущение полного бессилия мыслящего индивидуума перед мощью государственной машины и тупостью масс, довольных своим рабством и не желающих никакой свободы. У Оруэлла и Замятина, Хаксли и Мерля – у всех так или иначе проходит идея невозможности борьбы. Герой, решившийся бросить вызов правящему миром злу, заведомо обречён на поражение. Он или погибает («О дивный новый мир»), или ломается и перевоспитывается в добропорядочного гражданина («1984», «Мы»), или, в лучшем случае, сбегает с немногими единомышленниками («451 градус по Фаренгейту», «Обезьяна и сущность»).

Сюжет мюзикла не имеет ничего общего с этим пессимизмом и тотальной безысходностью ХХ века. Скорее он близок к сказке. Или мифу. Потому что именно в сказке герой, бросивший вызов всесильному злу, способен победить. И два школьника, не пожелавших стать клонами, могут сокрушить целую планетарную империю со всеми её системами электронной защиты, армией и полицией. Этот сюжет ближе к «Властелину колец» или романам Клайва Льюиса, чем к футуристическим ужасам Оруэлла и Хаксли. Здесь слабые уничтожают зло, а беззащитный сокрушает то, перед чем бессильны целые армии – как Фродо и Сэм у Толкиена. Потому что есть Избранный, с которым зло так и не сможет ничего сделать.

Достаточно многое в мюзикле повторяет сказочные и мифологические схемы. Всё происходит как будто по книгам В. Проппа о мифе и волшебной сказке. Герой, избранный для совершения подвигов и борьбы со злом, обычно отличается или ранним взрослением (дитя-богатырь, в семь месяцев выглядящий на семь лет, а в семь лет обращающий вспять неприятельские армии), или, наоборот, поздним – физические или умственные недостатки, слаб, парализован, уродлив, или дурак – поэтому окружающие долго не верят, что подвиги совершает именно он. Однако именно этому всеми презираемому последнему из смертных и поручают главную миссию. Которую он, несмотря на все испытания, выполнит.

Избранный – робкий юноша, не понимающий, почему к нему приходят слова давно забытых древних песен, назовёт себя Галилео – словами из забытой песни давно забытой группы – не зная, что тысячелетия назад уже был мессия, которого называли Галилеянин, и он сокрушил зло в тот самый момент, когда его считали мёртвым и побеждённым. А свою спутницу он назовёт именем из той же песни. Скарамуш – имя шута из традиционного западноевропейского театра и спутника Героя, которого никогда не воспринимают всерьёз – но он пригодится и придёт на помощь в самый ответственный момент.

Здесь есть и другой древний архетипический персонаж – Дед. На языке мифа это мудрый старик, хранитель истинных знаний, которые могут быть переданы только Герою. Хранитель может дожидаться его веками и тысячелетиями, но обязательно дождётся. Поскольку истинные знания здесь олицетворяет рок и музыка Queen, то и Дед выглядит как истинный хранитель тайн рока – он похож на ветерана Горбушки. Но это тот же Направляющий, Проводник, Мудрец, с которым мы встречались, читая в детстве волшебные сказки. Эпатаж и даже некоторый идиотизм Деда – древнейший приём, когда Хранитель, Священник скрывается под маской шута, юродивого, блаженного. Именно этот паяц, бабник, острослов, выходки которого вызывают постоянный смех зрителей, сохранит и передаст Герою ключ от великой тайны Живой Музыки. Не случайно Дед появляется в самом начале и самом конце сюжета – потому что Хранитель на языке мифа – это и есть начало и конец. Но прежде чем найти Деда, герои по всем законам жанра должны встретиться с «промежуточным» племенем хранителей (Богема), пытающихся спасти от уничтожения остатки знаний о культуре прошлого (похожий приём использован в «451 градус по Фаренгейту» Рэя Бредбери).

Здесь ещё много сказочно-мифологического. Злая Королева и верный Советник при ней, приказ уничтожить все камни на свете, потому что под одним из них находится орудие, которым можно уничтожить Королеву (естественно, нужный камень оказывается надёжно спрятан). Гитара, скрытая в камне, как легендарный меч короля Артура и невозможность её достать тому, кто не избран для этой миссии. Статуя – указатель. Заколдованные и расколдованные с помощью живой музыки друзья героев. Резко вырастающая к концу сюжета роль Помощника, спутника героя – именно Скарамуш пристыдит и подбодрит Галилео, когда у него случится приступ малодушия и неверия в свои силы, именно она, как Сэм при Фродо, в последний момент спасёт миссию от полного провала. А зло, в футуристических романах столь логичное, расчётливое и непобедимое, терпит фиаско на почве собственных интриг. План Советника свести Галилео и Скарамуша и с их помощью изловить Богему приводит к тому, что двое избранных соединяются и начинают играть по своим правилам, превратившись в смертельную опасность для Королевы и её корпорации Глобалсофт. Наказав Советника за то, что он упустил Галилео и Скарамуш, Королева сама раскрывает почти захлопнувшуюся ловушку и даёт своим врагам дойти до Деда, когда их поимка была делом дней, если не часов. Жучки, использованные для слежения за героями, становятся орудием передачи живой музыки на компьютеры всего человечества. Зло терпит поражение именно в том момент, когда абсолютно уверено в своей победе.

В мюзикле действует не абстрактная живая музыка, а конкретная музыка Queen. Как сообщает Дед, Queen предостерегала мир от духовной катастрофы, к которой он пришёл. Музыка Queen напоминала людям о том, что они люди, с собственной душой и чувствами, а не бездушные клоны, способные только жрать, развлекаться, обогащаться и потреблять массовую культуру. Музыканты Queen названы Дедом великими пророками и проповедниками, музыка которых содержала величайшие духовные послания. Более того – именно Queen стояла на пути торжества тоталитарно- потребительской цивилизации Глобалсофт. И потому злу необходимо было уничтожить Queen. Физически.

Конечно, в мюзикле эта идея закамуфлирована. Сказано, что вожак группы умер молодым, потому что был слишком хорош и свободен для этого мира. А остальных «тайно казнили в XXI веке». Однако намёк прозвучал слишком чётко – группу уничтожили, потому что она мешала. Мешала глобальным планам установления той цивилизации, которую Queen ненавидела и против которой боролась в своём творчестве. И потому умер молодым слишком свободный для этого мира вожак…

И не случайно Королеву зовут Killer Queen. Не случайно испугавшийся собственной смелости Брайан Мэй потом написал на своём сайте странные слова: «конечно, мы имели в виду историю Queen, но мы не имели в виду странные обстоятельства смерти Фредди»…

Эта сюжетная линия вызвала много вопросов и нареканий. Были, конечно, и насмешки: учителя? Пророки? А от скромности вы не умрёте, ребята? Конечно, после многолетних навязываний слов про «музыку одноразовых салфеток» это звучит странно и дико. Для воспитанных на «Евангелии от Фристоуна» – тем более. Однако именно в мюзикле Дед скажет о том, что значат слова Bohemian Rhapsody: “Open your eyes, look up to the skies and see”… Просто посмотри на небо – и там ответ на все твои вопросы. И именно в этой якобы бессмысленной песне – ключ ко всему творчеству и духовным посланиям группы.

Здесь надо вспомнить об одном забавном сюжетном противоречии. Согласно сюжету мюзикла, музыка Queen, как и вся истинная музыка прошлого, находится под строгим запретом, все её носители, как и упоминание о ней уничтожены. С другой стороны, все герои постоянно поют мотивчики из квиновских хитов. Можно сослаться на театральную условность, но всё же, учитывая, что сюжет – о запрете тех самых песен, которые по ходу поют все, включая Королеву, Советника и клонов – это просто смешно.

Но всё не так просто, как может показаться.

Потому что в мире Га Га на самом деле не запрещена музыка. Запрещена настоящая, живая музыка, а также музыкальные инструменты и живые музыканты. Разрешена и, более того, всячески пропагандируется массам искусственная, синтетическая попса. И эти искусственные голоса могут вполне легально и с успехом петь квиновские песни, под которые можно будет попрыгать, потанцевать, покушать, помаршировать или позаниматься сексом. Но эта музыка никак не тронет душу и ничего в ней не возбудит.

Это ничего не напоминает? Как много лет подряд идёт навязывание «кавер-проектов», ремиксов, трибьютов, новой Queen и прочей дребедени, призванной доказать, что эти песни может петь кто угодно. Как навязчиво пытаются создать вроде как Queen – но в которой не будет главного. Фредди. И это будет мёртвая музыка. Пусть и с теми же нотами и словами.

И чтобы доказать это, по ходу сюжета трижды звучит настоящая Queen, настоящий голос Фредди Меркьюри. И все три раза – не случайно.

Первый раз он звучит в самом начале спектакля, перед первым появлением Деда. Тогда рассказ о том, как цивилизация Глобалсофт захватила мир, как компьютерная музыка уничтожила настоящую, шёл под леденящую Innuendo. “Till the end of time, Till the end of time” – пел Меркьюри под историю о том, как человечество потеряло душу и шагнуло к этому самому the end of time. Песня звучала как пророчество и предупреждение.

Второй раз его голос звучит во время марша клонов под One Vision. Толпы одинаковых людей, довольных своим рабством, маршируют и радостно поют о том, как это замечательно – быть одинаковыми, такими, как миллионы вокруг тебя, а сзади них на экране демонстрируются рекламные ролики – образы потребительского рая. И вдруг в этот счастливый искусственный хор откуда-то на мгновение врывается голос Фредди:

I had a dream
When I was young
A dream of sweet illusion,
A glimpse of hope and unity,
And visions of one sweet union...

И в этот момент толпа преображается. Одних корёжит, как бесноватых, другие начинают с беспокойством оглядываться, третьи в ужасе мечутся и хватаются за голову, вдруг на мгновение увидев и поняв что-то, что они никогда не видели и не замечали, и задумавшись впервые в своей жизни. Однако снова вступает искусственный хор, и минутное замешательство закончено – все снова маршируют и ликуют.

Третий, и самый эффектный эпизод – когда Дед показывает Галилео и Скарамушу чудом сохранившуюся древнюю кассету, на которой остался кусочек видеоклипа Bohemian Rhapsody, самого его начала. Пока звучит первый куплет, все заколдованные, превращенные в зомби после психической обработки друзья героев на несколько мгновений приходят в себя, и чары спадают. Тем самым прямо сказано о целительных свойствах музыки Queen и голоса Фредди, о способности давать душевное исцеление. И именно Рапсодия станет кульминацией борьбы со злом – и после того как она прозвучит, могущественная империя Глобалсофт рухнет в одно мгновение.

Мюзикл – это послание оставшихся в живых членов группы всем нам. Послание, сильно противоречащее «официальной позиции представителей Queen». Два усталых, перепуганных пожилых музыканта, боящихся сделать что-то неположенное и снедаемые чувством вины перед Фредди и перед Queen пытаются оправдаться в своём творчестве. На эзоповом языке молодёжного мюзикла – тем не менее предостерегающего против того пути, по которому идёт современное западное общество.

Будущее может быть как угодно ужасно. Попса может вытеснить живую музыку и добить рок, что уже происходит на наших глазах, а современные правила копирайта и преступная политика лейблов могут уничтожить всё, что ещё дышит в музыке. По телевидению могут сколько угодно показывать клонов, одни из которых будут рассказывать, что Фредди Меркьюри тупой гедонист, наркоман и развратник, а его музыка ничего не значит, а другие – пытаться спеть его песни. Но что бы ни было, и годы спустя по всему миру сотни Галилео будут трепетно вслушиваться в чарующий голос и бессмысленные, как им внушают СМИ, слова:

Is this the real life?
Is this just fantasy?
Caught in a landslide,
No escape from reality.
Open your eyes,
Look up to the skies
And see…

Мариам Ахундова



Искусство

На Главную